Ночь дала крепости меньше трёх часов покоя. Не всем сразу. Хорн разбил людей на смены: одна часть спала, вторая чинила западную стену, третья готовила ворота. Когда первая смена поднялась, на её место легла вторая. В часовне горели две лампы, на кухне не гас огонь, а во дворе даже в темноте кто-то таскал балки.
Кайр не спал совсем. Не потому, что не мог. Каждый удар молота по воротам отзывался в груди, и тело слишком быстро научилось различать обычную работу и настоящую трещину. Металл звенел коротко и сухо. Дерево давало более глухой отклик. Если кто-то ронял тяжёлую балку, Кайр вздрагивал ещё до того, как слышал звук.
Это начинало раздражать. Он стоял у главного прохода и смотрел, как ученики Брента ставят последнюю внутреннюю распорку. Сам кузнец сидел в кресле возле стены, накрыв ноги одеялом. Лицо серое от недосыпа, но голос работал нормально.
— Правее.
Ученик с длинной балкой остановился.
— Куда правее? Тут петля.
— Именно поэтому правее.
— Тогда не встанет поперечина.
— Встанет.
— Не встанет.
Брент ткнул мелом в дощечку.
— Смотри. Если поставишь балку по старому пазу, первый удар тарана пойдёт прямо в середину створки. Нам надо увести нагрузку в боковую стену. Поэтому новая распорка идёт чуть выше и правее.
Ученик посмотрел. Потом ещё раз.
— Тогда встанет.
— Я это и сказал.
Хорн проверял цепи у телег. Две тяжёлые повозки поставили во внутреннем дворе почти поперёк прохода. К осям заранее привязали короткие металлические крюки и толстые верёвки. Если внешняя створка начнёт сдавать, телеги можно будет за несколько минут развернуть и превратить проход во вторую линию. Кайр посмотрел на конструкцию.
— Это та самая идея перед мостом?
Брент кивнул.
— Тогда крюки не пригодились.
— Сегодня пригодятся.
— Успокаивает.
Кузнец постучал пальцами по подлокотнику.
— И ещё одно. Когда начнут бить, не держите людей прямо за створкой.
Хорн повернулся.
— Я знаю.
— Я говорю не тебе.
Брент посмотрел на Кайра.
— Если створку поведёт, ты ведь сам полезешь её подпирать.
— Возможно.
— Не надо.
Кайр хотел ответить, что сам решит. Не стал. Шахта слишком дорого научила его не путать упрямство с властью.
— Хорошо.
Брент удовлетворённо кивнул.
— Вот. Теперь можно воевать.
На рассвете таран был готов. Его вывели из лагеря под большим деревянным навесом на колёсах. Спереди навес закрывали сырые шкуры, сбоку — тяжёлые щиты. Само бревно висело на цепях и заканчивалось железной головкой.
Хорн смотрел со стены.
— Нормальный.
Роэн встал рядом.
— Ты говоришь это так, будто выбираешь себе новый.
— Я смотрю, сколько ударов он даст до того, как загорится.
— И сколько?
— Много.
Восс не спешил. Сначала вперёд пошли арбалетчики. Они заняли вчерашние позиции и начали методично стрелять по надвратной башне. Защитники почти не отвечали. Болты берегли для тех, кто подойдёт ближе.
Потом заработала метательная машина. Камень ударил в западный участок, ещё один перелетел через стену. Кайр стоял во дворе у ворот. Хорн оставил его внизу. На этот раз никто даже не обсуждал.
Каждый удар по камню проходил через тело слишком сильно, и на стене это делало Кайра опаснее для своих, чем полезнее. Томас прибежал от западной башни.
— Хорн передал: там пока тихо. Только стрелки.
— К северной.
Парень кивнул и сразу ушёл. Терн поймал его у колодца, сунул в руки ещё одну записку. Кайр увидел это краем глаза. Крепость разговаривала сама с собой через ноги четырнадцатилетнего мальчишки. Странная система. Но пока надёжнее древней. Рог прозвучал с поля. Таран тронулся.
Первые пятьдесят шагов он прошёл почти без сопротивления. Большие щиты прикрывали людей по бокам. Арбалетчики Грейва не давали защитникам спокойно высунуться. Когда кто-то пытался стрелять сверху, ответ приходил почти сразу. Хорн ждал. Кайр видел только верх навеса. Тридцать шагов. Двадцать.
— Сейчас! — крикнул Хорн.
Со стены полетели горшки. Не с огнём. С песком и мелким щебнем. Они разбивались о мокрые шкуры и щиты, заставляя людей под навесом замедляться и закрывать лица. Следом пошли болты. Один человек упал. Другой занял его место. Таран продолжал двигаться. Роэн спустился во двор.
— Не остановили.
— И не должны были.
— Хорн говорит то же самое. Очень скучный день.
Он посмотрел на ворота.
— Готов?
Кайр почувствовал дерево. Не глазами. Глубоким напряжением в груди.
— Нет.
Роэн кивнул.
— Хороший ответ.
Первый удар тарана прозвучал как гром внутри стены. Створки дёрнулись. Люди во дворе инстинктивно отступили. Кайр согнулся. Боль прошла по грудине и ударила в левое плечо. На секунду воздух исчез. Роэн схватил его за локоть.
— Дыши.
Кайр вдохнул. Ворота стояли. Брент сидел дальше, у входа в кузницу, и смотрел на них так, словно проверял собственную работу.
— Ещё! — крикнул кто-то снаружи.
Таран качнулся назад. Второй удар. На этот раз Кайр был готов. Почти. Связь всё равно прошила тело насквозь. Но теперь он сумел отделить её от себя. Не его грудь. Створка. Не его кость. Балка. Не его плечо. Каменная опора. Разница была тонкой. Но работала.
— Левая скоба держит, — сказал он.
Роэн посмотрел.
— Ты это почувствовал?
— Да.
— А правая?
Кайр прислушался.
— Хуже.
Роэн крикнул ученикам:
— Брент! Правая скоба!
Кузнец уже понял.
— Я знаю!
Удары пошли ритмом. Медленно. Тяжело. После каждого люди Грейва откатывали бревно назад и снова отпускали. Третий. Четвёртый. Пятый. На пятом с внутренней стороны осыпалась щепа. Хорн спустился со стены.
— Арбалетчики будут пытаться снять людей возле ворот. Никого не держать в проходе.
— Вторая линия?
— Готова.
Он посмотрел на Кайра.
— Сколько?
— Не знаю.
— Хоть примерно.
Кайр приложил ладонь к каменной стене рядом со створкой. Связь отозвалась целым узлом напряжения. Дерево. Железо. Старая кладка. Новые скобы.
— Ещё несколько ударов выдержат нормально. Потом начнут работать внутренние балки.
Брент услышал.
— Так и должно быть.
Хорн повернулся к нему.
— Ненавижу фразу «так и должно быть» во время осады.
— Тогда слушай молча.
Шестой удар. Снаружи начали кричать. Хорн сразу насторожился. Не боевой крик. Команда.
— Масло? — спросил Роэн.
— Нет.
Сверху кто-то закричал:
— Щиты к стене!
Восс одновременно повёл пехоту к западному участку. Не полноценный штурм. Давление. Чтобы Хорн не мог снять людей со стены и бросить всё на ворота.
— Я наверх, — сказал Роэн.
Кайр кивнул.
— Иди.
Роэн на секунду задержался.
— Один не геройствуй.
— Ты тоже.
— Я старше. Мне можно.
Он ушёл.
Седьмой удар сломал наружную поперечину. Кайр почувствовал это как резкую боль под ключицей. Дерево треснуло. Один из учеников Брента дёрнулся вперёд. Кузнец крикнул:
— Назад! Ничего не трогать!
— Балка сломалась!
— Она и должна была!
Ученик замер. Брент указал мелом на внутреннюю конструкцию.
— Теперь нагрузка пойдёт сюда. Если полезешь менять сейчас, тебя прибьют створкой.
Восьмой удар. Ворота прогнулись внутрь. Но новая распорка приняла часть силы. Кайр увидел, как она ушла на полпальца в паз и остановилась. Брент улыбнулся. Впервые за весь день.
— Работает.
Кайр взглянул на него.
— Рад?
— Очень.
Девятый удар. Из стены посыпалась пыль. Правое крепление застонало металлическим скрипом. Кайр почувствовал под ногами старую линию. Не искал. Она сама отозвалась. Тонкая. Глубокая. Под воротами.
Древний фундамент принимал нагрузку хуже, чем раньше. Кайр знал, что может коснуться. Всего одна команда. Усилить местную опору. Не закрыть ворота, не остановить таран, просто дать старому камню принять больше веса. Он не торопился. Десятый удар. Правая скоба треснула. Брент выругался.
— Теперь плохо.
Хорн уже был рядом.
— Телеги?
— Пока рано.
— Ещё сколько?
Кузнец посмотрел на створку.
— Два. Может, три.
Кайр почувствовал древнюю линию снова. Обычного решения почти не осталось. Почти.
— Внутреннюю балку.
Брент поднял голову.
— Она уже стоит.
— Вторую.
— Если поставить сейчас, потом не вытащим быстро.
— Ставить.
Хорн махнул людям. Четверо подхватили тяжёлую балку. Один конец вошёл в каменный паз; второй пришлось поднимать выше плеч. Одиннадцатый удар пришёл раньше, чем они закончили. Ворота рванулись внутрь.
Один человек упал. Балка едва не придавила его. Кайр бросился вперёд. Схватил край. Не удержал бы один. Ещё двое помогли. Поставили. Обычный способ закончился.
Кайр отошёл от створки.
— Все назад.
Хорн понял.
— Используешь?
— Один импульс.
Брент посмотрел на него.
— Что именно?
— Фундамент.
— Не ворота?
— Нет.
Кузнец кивнул.
— Тогда делай быстро.
Кайр снял перчатку. Тёмная линия почти доходила до локтя. Марцелл появился из прохода к часовне.
— Что происходит?
— Старый контур под воротами.
Инквизитор сразу нахмурился.
— Уверен, что удержишь?
— Нет.
— Отлично.
— Другого способа?
Марцелл посмотрел на треснувшую скобу. На людей. На таран за створкой.
— Не вижу.
Несколько минут, которые обычными руками уже не купить. Кайр положил ладонь на камень. Холод вошёл в руку. Связь с крепостью раскрылась шире.
Он почувствовал основание ворот как две тяжёлые точки, соединённые старой линией. Одна была повреждена. Вторая держала. Не нужно чинить, только распределить удар. Принять нагрузку ниже. Система ответила без слов.
Камень под ногами стал холоднее. Двенадцатый удар тарана пришёлся в створки. Боль ударила Кайра так сильно, что перед глазами стало бело. Он почувствовал, как сила проходит не только через дерево, но вниз.
В фундамент. В старую кладку. В древнюю линию. Ворота дёрнулись. Но внутренняя балка не вышла из паза.
— Держат! — крикнул Хорн.
Кайр не ответил. Из носа потекла кровь. Марцелл схватил его за плечо.
— Хватит.
— Ещё один.
— Нет.
— Один.
Тринадцатый удар. Связь прошла через грудь. Тёмный след под рубахой вспыхнул болью. Кайр отпустил камень. Сразу. Не ждал, не пытался выжать больше. Марцелл оттащил его на шаг.
— Всё.
Кайр вытер кровь рукавом.
— Теперь телеги.
Хорн уже отдавал приказ.
Крюки Брента пригодились. Двое бойцов зацепили первую телегу за ось. Ещё четверо потянули верёвку. Повозка развернулась поперёк двора. Вторая пошла следом. Между ними оставили узкий проход, который можно было закрыть бочками и камнями.
Четырнадцатый удар тарана пришёлся в ворота. Древняя опора уже не помогала. Но несколько минут она подарила. Именно столько, сколько требовалось. Хорн поднялся на башню.
— Огонь готов?
Сверху ответили:
— Готов!
Люди ждали, пока навес тарана подойдёт почти вплотную. Теперь он стоял под самой стеной. Слишком близко, чтобы быстро отступить.
— Сейчас!
С крыши надвратной башни полетели два больших горшка. Один разбился о землю; второй попал на край навеса. Смола растеклась по мокрой шкуре. Не загорелась сразу. Третий горшок ударил сбоку. Потом вниз полетел факел.
Пламя взялось медленно. Восс подготовился. Шкуры были сырыми. Люди под навесом сразу начали лить воду. Но огонь уже прошёл к внутренним деревянным креплениям. Хорн не остановился.
— Ещё!
Сверху посыпались камни. Один пробил край навеса; второй попал человеку в плечо. Щитовики снаружи пытались прикрыть сапёров, но теперь пространство у ворот стало слишком тесным. Арбалетчики крепости начали стрелять почти вертикально вниз.
Таран дал ещё один удар. Пятнадцатый. Створка треснула. Не открылась. Внутренняя балка держала. Огонь пошёл по боковой раме тарана. Кто-то снаружи закричал:
— Назад!
Люди попытались откатить навес. Колесо застряло. Кайр не видел, что произошло. Только услышал скрип. Потом крик. Хорн сверху рассмеялся впервые за день.
— Крюк!
Один из заранее подготовленных крюков спустили с надвратной башни на цепи. Он зацепился за боковую стойку навеса. Шесть человек потянули. Не чтобы вытащить таран внутрь. Чтобы не дать откатить.
Огонь сделал остальное. Через несколько минут Восс приказал бросить машину. Люди Грейва отходили под щитами. Таран остался у ворот. Горел.
Западная атака закончилась почти одновременно. Восс не стал тратить пехоту после потери главной машины. На стенах стрельба постепенно стихла. Крепость пахла дымом. Кайр сидел у колодца. Марцелл заставил.
Нос уже не кровил, но грудь болела при каждом вдохе. Роэн спустился позже. На его щите торчал болт.
— Жив?
— Да.
— Ворота?
Кайр посмотрел.
— Тоже.
— Тогда день удался.
Он сел рядом. Ни одной шутки про кровь. Это тревожило больше обычного. Хорн пришёл через несколько минут.
— Двое раненых на стенах. Один тяжело. Погибших сегодня пока нет.
— Хорошо.
— Ворота плохие.
— Насколько?
Хорн позвал Брента. Кузнеца принесли ближе вместе с креслом. Он долго осматривал внутреннюю сторону створок. Трещины. Сломанная внешняя поперечина. Одна повреждённая скоба. Вторая держалась, но металл ушёл.
— Ещё один такой день они не выдержат, — сказал Брент.
— Можно чинить ночью?
— Можно.
— Поможет?
— Немного.
— Сколько?
Брент посмотрел на Кайра.
— Дольше.
Роэн всё-таки усмехнулся.
— Вот теперь я спокоен.
Кузнец показал на правую створку.
— Главная проблема не дерево. Внутренний механизм запора получил удар. Там старая тяга. Если её сорвёт, одна створка откроется даже при целой балке.
Хорн нахмурился.
— Добраться можем?
— Да. Но придётся разобрать часть внутренней обшивки.
— Делайте.
Брент кивнул ученикам. Они сразу пошли за инструментом. Кайр встал. Грудь отозвалась болью. Марцелл увидел.
— Куда?
— Смотреть стену.
— Через час.
— Марцелл.
— Через час.
Кайр хотел спорить. Роэн сказал:
— Сядь.
Два голоса против одного. Плохой знак. Кайр остался.
Ночь пришла рано. После двух дней боя крепость стала тише. Не спокойнее, просто люди экономили силы даже на разговоры. Томас получил последнюю записку уже после ужина. Терн отправил его к восточной служебной калитке: проверить, сменился ли там караул и дошла ли вода.
Парень побежал через двор. Кайр этого не видел. Позже Томас сам рассказывал. Калитка находилась в узком проходе между стеной и старым складом. Ею почти не пользовались. Через неё могли пройти один-два человека, но телега уже не прошла бы.
Караульный стоял на месте. Вода дошла. Томас уже собирался возвращаться, когда заметил на внутренней стороне деревянного запора светлые полосы. Свежие. Он приблизился.
— Что? — спросил часовой.
Томас провёл пальцем по дереву. На поверхности осталась тонкая стружка. Кто-то недавно вставлял инструмент между запором и металлической скобой. Не ломал. Проверял. Как легко отжать. Томас вспомнил слова Терна: если не уверен, не лезь сам. Он не стал трогать калитку дальше.
— Никого сюда не пускай.
Часовой нахмурился.
— А ты кто такой, чтобы…
— Я сейчас приведу Хорна.
Томас развернулся и побежал. По другую сторону стены в темноте горели костры армии Грейва. А внутри крепости кто-то уже проверял, насколько легко открыть дверь изнутри.